Вы здесь: Главная » Статьи » Лучшие шахматисты прошлого

Лучшие шахматисты прошлого

шахматисты

В истории шахмат наиболее ценные изменения в них были внесены итальянцами, поэтому Италию можно назвать первой шахматной сверхдержавой. Первой шахматной суперзвездой был испанский священник XVI века Руи Лопес де Сегура.


Позже заявили о себе французы, выдвинув Филидора — несомненно, сильнейшего игрока XVIII столетия, а за ним последовали Деша-пель, Лабурдоннэ и Сент-Аман.
Французское владычество закончилось после того, как англичанин Стаунтон выиграл знаменитый матч на поле соперника в Париже в 1843 году. Стаунтон, без сомнения, был лучшим игроком своего времени, но он был петунией на грядке с луком, потому что все остальные английские шахматисты XIX века с фамилиями на букву «Б» были не без недостатков. Барнс был таким тучным, что едва дотягивался до доски, Берд был человеком рассеянным, Блэкберн нуждался в регулярном подкреплении, Боден так и не оставил службу на железной дороге, Бакл рано завершил свою шахматную карьеру и сосредоточился на занятиях историей, Берн предпочел профессию биржевого брокера голодной доле шахматиста, а Девер (настоящее имя Браун) был от природы ленив.


С победы Андерсена в знаменитом Лондонском турнире 1851 года началось продолжавшееся 70-летнее восхождение на вершину немецкоговорящих виртуозов, прервавшееся всего на два года в конце 1850-х, когда американец Пол Морфи, точно ракета, ворвался в шахматный мир. Он ярко горел какое-то время, но потом топливо кончилось, и на шахматном поле битвы вновь воцарились немцы и австрийцы, пока с Кубы — кто бы мог подумать? — не явился бессмертный Капабланка. Вместе с русским французом Алехиным они задавали тон в период между войнами, не считая междуцарствия голландского любителя Эйве.


В 1920-е годы процветала суперсовременная школа. Ее приверженцы стремились не к победам, а к всеобщему признанию красоты их идей. Как следствие, ни один из них так и не приблизился к завоеванию титула чемпиона мира, за исключением, пожалуй, Нимцовича; похоже, талант и творческие способности служили им едва ли не препятствием. Некоторые проявили себя мастерами смелых парадоксов, — как, например, Брейер, заявивший: «После первого хода, е2-е4, у белых начинается агония». «Суперсовременники» были людьми яркими, богемными и умирали молодыми. Это ли не свидетельство неординарности?


В Америке всегда были хорошие игроки, как доморощенные, так и импортированные, но они зачастую рано сходили со сцены без видимых причин, как, например, Морфи и Фишер. Или Сэмми Решевски, польско-американский гроссмейстер и выпускник Школы примерного поведения Бобби Фишера, в юношеском возрасте на какое-то время оставивший шахматы с похвальным намерением получить приличное образование. Но что-то ему помешало, и он стал бухгалтером. У некоторых, — как, например, у Файна, — были веские причины бросить шахматы: он предпочел быть практикующим психоаналитиком, хотя, казалось бы, будучи в течение пятнадцати лет одним из лучших шахматистов, он мог бы и утомиться от общения с людьми, одержимыми какой-то идеей.

 Пилзберри, заразившийся сифилисом и умерший от этой болезни в молодом возрасте, доказал, что увлекался он не только шахматами. В 1930-х годах Америка была самой сильной шахматной державой мира.


После войны бразды правления в шахматном мире взял в свои руки СССР, использовавший эту игру в качестве политического оружия. Не жалея средств на выявление и развитие юных дарований, советское правительство сумело выдать невероятное число блестящих игроков. Помимо чемпионов мира Ботвинника, Таля, Петросяна, Спасского, Смыслова, Каспарова и Карпова, СССР мог похвалиться еще целым рядом шахматистов едва ли не такого же класса, например, Белявским, Боле-славским, Полугаевским, Бронштейном, Эль-вестом, Геллером, Псахисом, Саловым, Соколовым и Юсуповым. Даже после того как Советский Союз распался, страны, его составлявшие, и прежде всего Россия, продолжают задавать тон.


В Великобритании не было ни одного гроссмейстера до 1976 года, когда Тони Майлс исправил эту несправедливость. Он дал начало ручейку, превратившемуся в полноводную реку. Почему так вышло — непонятно. Думайте, что хотите, но объясняется это, разумеется, не тем, что в подготовку игроков были вложены средства — большинство английских профессиональных шахматистов не смогли бы прокормить себя победами, а многие были вынуждены выступать за континентальные шахматные клубы в богатых лигах, процветающих во Франции и Германии. До распада Советского Союза шахматисты Соединенного Королевства довольно твердо, хотя и весьма неожиданно, занимали второе место в мире. Они и поныне остаются среди лучших. Наконец, есть еще маленькая Исландия, эта Ultima Thule, давшая миру целый ряд сильных шахматистов, хотя по населению эта страна едва ли превосходит Плимут. Вполне возможно, что шахматы — неплохое средство скоротать бесконечную полярную ночь; недаром они завоевали в Исландии второе место по популярности среди прочих ночных занятий.




История шахмат и другие интеллектуальные игры
История шахмат и другие интеллектуальные игры

Тут мнимому знатоку шахмат есть чем поживиться, поскольку история шахмат полна противоречий и «белых пятен». Начать с того, что шахматы — это не самая старая из игр фигурами на...

Макензи Джордж Генри - шахматист 19 века
Макензи Джордж Генри - шахматист 19 века

  МАКЕНЗИ (Mackenzie) Джордж Генри (24 марта 1837, Норт-Кессон, близ Абердина, - 14 апреля 1891, Нью-Йорк), в 80-е годы 19 века был одним из ведущих шахматистов США....

АНДЕРСЕН (Anderssen) Адольф
АНДЕРСЕН (Anderssen) Адольф

  АНДЕРСЕН (Anderssen) Адольф (6 июля 1818, Бреслау, ныне Вроцлав, — 13 марта 1879, там же), один из сильнейших шахматистов середины 19 века, видный представитель шахматного романтизма,...